The War Against Boys — подробный пересказ

← Библиотека

The War Against Boys

Кристина Хофф Соммерс, обновлённое издание 2013 года. The War Against Boys: How Misguided Policies Are Harming Our Young Men утверждает, что американское образование десятилетиями училось подробно разбирать проблемы девочек, но намного хуже признавало проблемы мальчиков именно гендерной проблемой.

Соммерс не предлагает отобрать поддержку у девочек. Её повторяющийся тезис — асимметрия диагноза. Когда отстают девочки, школа ищет стереотипы, барьеры, учебные программы, недостающие образцы и институциональную дискриминацию. Когда мальчики хуже читают и пишут, чаще получают наказания, бросают школу или реже поступают в университет, объяснение легко переезжает в характер самих мальчиков: незрелые, шумные, агрессивные, не хотят учиться, плохо выражают эмоции.

Обновлённое издание возвращается к спорам первой версии, добавляет новые данные и отвечает критикам. Соммерс читает федеральные отчёты, сверяет школьные цифры и смотрит, как школы учат, наказывают, дают детям двигаться, подбирают тексты и направляют в профессию. Отдельно она спорит с Кэрол Гиллиган, работами о самооценке, раздельными классами и подходами к воспитанию характера.

Разбор редакции →

Предисловие: проблему мальчиков стало сложнее не замечать

Соммерс сравнивает обстановку вокруг первой версии 2000 года с началом 2010-х.

По её описанию, в момент выхода первой книги образовательный разговор был почти полностью занят историей «обделённых девочек». К обновлённому изданию мальчики всё заметнее отставали в чтении, чаще попадали под дисциплинарные меры, слабее включались в учёбу и реже поступали в колледж — игнорировать это стало труднее.

Она приводит Великобританию и Австралию как системы, где проблемы мальчиков начали рассматривать как отдельный объект политики, а не как политически неудобную статистику.

В предисловии появляются и новые для книги темы: исчезновение свободной перемены, zero tolerance, страх перед грубой игрой и юридическая борьба вокруг раздельных классов. Всё это для Соммерс связано с вопросом, может ли школа вообще признавать средние различия интересов и поведения мальчиков и девочек.

1. Где мальчики

Первая глава начинается с профессионального и технического образования.

Соммерс приезжает в Aviation High School в Нью-Йорке, где много мальчиков выбирают сложную программу, соединяющую академические предметы с механической практикой и понятной профессией. Для неё эта школа спорит с подходом, где само мужское большинство в области уже считается подозрением на неравенство.

Дальше глава восстанавливает историю американского «кризиса девочек». Доклады, общественные организации и медиа утверждали, что девочек игнорируют на уроках, их самооценка резко рушится, а школа системно даёт им меньше возможностей.

Соммерс сопоставляет эту картину с данными Министерства образования США и другими показателями: девочки получают выше оценки, лучше читают и пишут, чаще берут продвинутые курсы, заканчивают школу и всё заметнее преобладают среди студентов.

Её претензия одновременно политическая и методологическая. Тезис о повреждённых или заглушённых девочках успел попасть в тренинги и государственную повестку до того, как его хорошо доказали; при этом заметное отставание мальчиков не получало сопоставимого внимания институтов.

Особое место занимают чернокожие мальчики и другие группы с тяжёлым образовательным провалом. Общая формула «мужская привилегия», по Соммерс, скрывает мальчиков, которые не находятся даже близко к вершине социальной пирамиды.

2. Здесь не место молодым мужчинам

Вторая глава переходит от успеваемости к поведению.

Соммерс утверждает, что современная школа всё хуже переносит формы игры и активности, чаще встречающиеся у мальчиков: шум, борьбу, соревнование, игрушечное оружие, физический риск и постоянное движение.

Она собирает истории zero tolerance, где маленьких детей наказывали за игрушечные пистолеты, рисунки, случайно принесённые предметы или игру, которую взрослые переводили на язык насилия и домогательств.

Важным символом становится перемена. Соммерс описывает школы, где свободной игры меньше, а надзора и избегания риска больше. Мальчик, которому нужно движение и неформальное соревнование, проводит всё большую часть дня в среде неподвижности и вербального самоконтроля.

Она критикует и программы предотвращения насилия, которые, по её мнению, размывают границу между реальным вредом и обычной мальчишеской вознёй, дразнилками или грубой игрой.

Соммерс не предлагает закрывать глаза на настоящее насилие. Она требует различать вредное поведение и нормальную игру, а не читать любое типично мужское действие как ранний симптом будущей агрессии.

3. Мальчики и куклы

Третья глава спорит с попытками устранить половые различия через воспитание.

Соммерс описывает семинары и программы, которые пытаются избавлять детей от «гендерных схем»: меньше стереотипно мужских игрушек, соревнования и раздельной игры.

Рядом она ставит раздельное обучение. После изменений эпохи No Child Left Behind американские государственные школы получили больше пространства для экспериментов с отдельными классами и школами для мальчиков и девочек.

Соммерс посещает программы, где учителя считают, что мальчикам помогают движение, соревнование, явная структура и материал, подобранный по интересам. Раздельное обучение у неё выступает вариантом, а не обязательной моделью для всех.

Дальше глава разбирает судебные и академические атаки на такие программы. Соммерс не принимает тезис, что любое разделение полов автоматически укрепляет вредный стереотип, и спорит с исследованиями, которыми доказывали вред самого разделения.

Общий принцип: равенство должно позволять школе проверять разные методы. Если любое среднее различие полов объявить предрассудком, учитель перестаёт видеть конкретных детей перед собой.

4. Кэрол Гиллиган и невероятно уменьшающаяся девочка

Следующая глава разбирает интеллектуальный источник движения о кризисе девочек — психолога Кэрол Гиллиган.

Соммерс возвращается к In a Different Voice и идее особой женской «этики заботы», которую традиционная психология якобы недооценивала. В более поздних работах Гиллиган появляется кризис подростковой девочки: уверенная девочка теряет голос под давлением патриархальной культуры.

По Соммерс, влияние этих идей на школу и политику оказалось намного больше, чем позволяла их эмпирическая база.

Она разбирает знаменитую историю с самооценкой, доклады American Association of University Women и исследования, где эффект оказывался меньше, другим или отсутствовал по сравнению с публичной историей о резком обрушении девичьей уверенности.

Исторический вывод главы: эмоционально убедительная теория способна стать образовательным здравым смыслом раньше, чем исследователи договорятся, насколько велик сам эффект и правильно ли его вообще измерили.

5. Остров Гиллиган

Пятая глава следует за той же моделью, когда её применяют уже к мальчикам.

Соммерс описывает теории, где раннее отделение от матери травмирует мальчика, а патриархальная маскулинность строится на эмоциональном отсоединении, доминировании и страхе женственности.

Она спорит с тем, что обычное мужское развитие надо заранее читать как повреждение. По её версии, сначала выбирается желательный стиль эмоционального поведения, а отличия мальчиков от девочек потом объявляются потерей.

Соммерс обращается к исследованиям отцов и отсутствия отца, утверждая, что мальчику часто нужна более сильная мужская связь и идентификация, а не размывание различий мужской и женской роли.

Здесь же она защищает военную храбрость, героизм и традиционно мужские добродетели от объяснения, где всё это является только следствием эмоционального повреждения.

Альтернатива — не эмоциональная немота. Соммерс хочет для мальчика отца, мужской пример, дисциплину и право развиваться способом, который не обязан копировать женский.

6. Спасите мужчин

Глава переходит к другим авторам, описывающим мужской эмоциональный кризис.

Соммерс обсуждает Real Boys Уильяма Поллака, Stiffed Сьюзен Фалуди и популярный образ мальчика, запертого за «маской маскулинности».

Она признаёт тяжёлые проблемы части мальчиков и серьёзность мужского суицида, насилия, школьного провала и одиночества. Но спорит с переходом от этих проблем к идее, что обычная маскулинность сама является психологической чрезвычайной ситуацией.

Соммерс скептична к программам, которые прежде всего предлагают мальчикам терапевтические упражнения на раскрытие чувств. Она приводит исследования, где мальчики и девочки по-разному оценивают пользу долгого обсуждения проблемы с друзьями.

Её претензия: взрослый может спутать любимый стиль общения с психологическим здоровьем. Мальчик, который предпочитает решать задачу, играть или просто находиться рядом с другом, не обязательно эмоционально подавлен.

7. Почему Джонни не умеет нормально читать и писать

Седьмая глава — самая практическая в книге.

Соммерс рассматривает британские и австралийские стратегии повышения успеваемости мальчиков. Она выделяет конкретные методы: структурированный урок, более явное руководство учителя, понятные сроки, короткие цели, регулярную проверку, дисциплину и тексты, которые мальчик сам захочет открыть.

По её мнению, школа недодаёт мальчикам литературу, которая часто их интересует: научную фантастику, приключения, спорт, войну, биографии, технологии, фэнтези, nonfiction о том, как устроены вещи.

Если институт определяет «хорошее чтение» через узкий литературный вкус, а потом обвиняет мальчиков, что они мало читают, часть разрыва создана самим определением.

То же происходит с профессиональным и техническим обучением. Практический маршрут может удержать мальчика, которому плохо подходит модель «университет для всех». Соммерс критикует гендерные программы, которые смотрят прежде всего на соотношение полов в профессии и меньше спрашивают, что сами ученики хотят делать.

Принцип главы: начните с метода, который помогает отстающему ученику, а не с теории о том, какие интересы ему положено иметь.

8. Моральная жизнь мальчиков

Дальше Соммерс спрашивает, что делать с мальчиками, которые действительно становятся агрессивными и антисоциальными.

Она отвергает два ответа. Первый оправдывает всё формулой «мальчики есть мальчики». Второй объясняет проступок патриархатом и пытается переделать саму маскулинность.

Соммерс выбирает моральное воспитание: ясные правила, авторитет взрослых, последствия, честность, самоконтроль, уважение, храбрость, ответственность.

Она прослеживает американскую историю character education и разбирает программы, где добродетели пытались преподавать напрямую. Результаты, которые она приводит, смешанные: отдельные исследования дают улучшения, крупная федеральная оценка нескольких программ почти не находит эффекта.

Несмотря на неопределённость, Соммерс считает, что моральное воспитание нельзя заменить нейтральной техникой. Взрослый должен уметь сказать мальчику: это плохо, а вот эта форма силы, выдержки и храбрости хороша.

9. Война и мир

Последняя глава пытается выйти из войны полов, обещанной названием книги.

Соммерс утверждает, что исправление прежней несправедливости к девочкам не требует отрицать проблемы мальчиков. Поменять направление несправедливости — не значит получить справедливость.

Она приводит истории матерей-феминисток, которые сначала запрещали сыновьям игрушечное оружие, грубую игру или стереотипно мальчишеские интересы, а позже стали спокойнее относиться к темпераменту собственных детей.

Ей нравится формула «великое переобучение»: взрослые заново вспоминают, что равная ценность мальчика и девочки не требует одинаковых средних интересов и поведения.

Соммерс заканчивает оптимистично. По её мнению, отставание мальчиков стало слишком видимым, чтобы дальше его не замечать. Более справедливая школа может сохранить достижения девочек и одновременно дать мальчикам обучение, которое работает для них.

Разбор редакции →